История орфографического чтения

Причины грамотности и безграмотности 

Как слышим, так и пишем 

В соответствующих выпусках я рассказала о различных «помощниках» учителю и ученику – от тематических сайтов по орфографии и пунктуации до особых методик запоминания трудных слов. Что ж, орфограммы изучаются и повторяются в школе, а материалов для самоподготовки великое множество, однако печальный факт остаётся фактом: грамотность школьников снижается. Напомню: динамический анализ по итогам прошлогодних конкурсов «Грамотей-спринт» и «Грамотей-марафон» показал, что за один учебный год около двадцати процентов классов (начиная с параллели шестых) теряют в грамотности, а у старшеклассников (начиная с параллели девятых) не наблюдается какого-либо улучшения.

Почему такое происходит? Мы ищем ответ на этот вопрос. 

Около десяти лет назад ту же картину увидел Сергей Вячеславович Киевский, автор орфографических тренажёров семейства «Грамотей» и методический консультант проекта «Грамотей+». Он посвятил многие годы решению задачи развития грамотности у детей. Сегодня (с разрешения автора) мы начинаем публиковать его книгу «Тайна врождённой грамотности».

Приятного прочтения!

С. В. Киевский. «Тайна врождённой грамотности»

Глава 1. Почему наши дети пишут неграмотно?

Удивительно, но самым трудным предметом в школе для наших детей зачастую оказывается русский язык. Давайте посмотрим результаты массового тестирования более 2000 школьников 2-11 классов, проведённого в начале 2003 года в восьми екатеринбургских гимназиях, лицеях и обычных школах. Вот, например, общая картина средней грамотности старшеклассников: 

Киевский - таблица 1Теперь давайте посмотрим на лучшие индивидуальные результаты протестированных ребят. Они достаточно высоки. 

Киевский - таблица 2На правила пятого класса 12 человек не допустили ни одной ошибки (в том числе одна третьеклассница!). Тест же на все правила орфографии без ошибок не смог пройти ни один школьник. Обратите внимание на то, что среди самых грамотных оказались трое семиклассников, причём, двое из них – возглавили список «грамотеев». Дело в том, что тестирование проводилось в начале третьей четверти, а это значит, что семиклассники примерно шестую часть правил орфографии пока ещё не проходили, и грамотность их есть следствие не столько школьных занятий, сколько иных причин, о которых мы будем подробно говорить в этой книге. Это были самые хорошие личные результаты. Давайте теперь посмотрим, какова была грамотность самых сильных классов. 

Киевский - таблица 3Таковы результаты лучших. А что у других ребят?

Киевский - таблица 4

Результат в первой строчке таблицы означает, что 57% учеников имели ошибки в словах на половину и более правил. 

Причины такого положения, на мой взгляд, вполне объективны. Во-первых, многие дети позже, чем прежде, учатся читать, а, научившись, – не читают книг. Особенно в семьях, где этого не делают сами родители. Ведь малыши учатся всему, копируя взрослых. И если папа с мамой не читают, то ребёнка бесполезно заставлять – он всеми силами будет уклоняться от ценных указаний, не подкрепляемых личным примером. Во-вторых, многие учителя начальных школ, занимающиеся с детьми по традиционной программе, призывают «не спешить до школы с чтением». В-третьих, программа начальной школы и не предусматривает формирования у детей общей орфографической грамотности – эта задача возложена на среднюю школу. И, в-четвёртых, в средней школе, перейдя в пятый класс, дети погружаются в странный процесс: на уроках русского учатся писать слова по изучаемым правилам, а на других уроках пишут под диктовку материал, содержащий слова на правила, которые будут изучать в шестом и седьмом классах. Пишут незнакомые слова чаще всего так, как их говорят в речи, делая массу ошибок. И поскольку тетрадки учителями-предметниками на предмет орфографических ошибок в большинстве случаев не проверяются, и ошибки не исправляются (исключения бывают, но в большинстве школ всё обстоит именно так), неправильное письмо многих слов постепенно закрепляется на уровне привычки. А привычки (особенно, дурные), мы это прекрасно знаем, – устраняются ох как трудно! В результате «русисты» просто не успевают решить задачу переучивания: у них на это объективно не хватает учебного времени.

Будем реалистами: отменить диктовку материала в средней школе и ввести обязательную проверку тетрадей по всем предметам на грамотность письма – вряд ли возможно. Я неоднократно обсуждал этот вопрос с педагогами и руководителями органов образования: подавляющее большинство собеседников оценивают ситуацию в данном вопросе весьма пессимистически. Значит, выход один: сформировать общую грамотность письма уже в начальной школе. До правил. Так, как это когда-то делали учителя в российских школах. И как это спонтанно выходит у ребят, которым посчастливилось в раннем детстве овладеть таинственной «врождённой» грамотностью. 

Глава 2. Природа «врождённой» грамотности

Многим учителям доводилось на практике встречаться с наличием высочайшей грамотности у ребят, не знающих правил. В таких случаях обычно говорится о наличии у ребёнка врождённой или природной грамотности. (Как в песне Булата Окуджавы: «так природа захотела, почему – не наше дело, отчего – не нам судить»). 

Однако ещё в середине XX века выдающийся российский нейропсихолог Александр Романович Лурия высказался по этому поводу вполне определённо [3, стр. 132, цит. по: Киевский С. В.]: «Письмо представляет собой отличный пример деятельности, которая не может быть закодирована в человеческом мозгу генетическим способом, потому что она включает в себя использование орудий, сделанных человеком» (ручка, карандаш, компьютер). Более поздние исследования учёных подтвердили, что человек от рождения получает лишь небольшое число самых элементарных рефлексов: сосательных, дыхательных, выделительных и т. п. Все остальные, даже столь давние в эволюционном плане человеческие навыки, как прямохождение и устная речь не даются нам от рождения в готовом виде, но всегда нарабатываются в результате длительной практики. Письмо же, как вид человеческого общения, вообще возникло относительно недавно. Поэтому умение грамотно писать, автоматически выполняя сложнейший процесс разделения речи на слова, выделения звуков из слов, перевода звуков в буквы, составления их в чёткой последовательности в соответствии с принятым правописанием и, наконец, записи ручкой на бумаге с помощью графических изображений – такое умение тем более не может быть заложенным в нас генетически. Этот вывод очень важен, поскольку даёт нам шанс, выяснив механизм спонтанного формирования природной грамотности у некоторых ребят, научиться вырабатывать аналогичный навык интуитивной грамотности у большинства детей осознанно.

Чтение. Но – особое… 

Основываясь на вышесказанном, примем утверждение, что грамотное автоматическое письмо (а в законченном виде все взрослые грамотные люди пишут не задумываясь, автоматически) – есть результат каких-то многократно повторённых действий. Каких? Допустим, что грамотность, выработанная у старшеклассников путём изучения правил и закрепления их упражнениями, возникла в результате многократного написания слов. А откуда она взялась у младших школьников, не знающих правил и почти не имевших практики письма? Например, у третьеклассницы екатеринбургского лицея №3 Марины Хорош? Девочки, ещё не проходившей правил и показавшей при тестировании наивысшую грамотность среди всех учащихся своей школы. Откуда взялась абсолютная грамотность у неё? Из чтения книг? Допустим. Однако, как объяснить, что среди начитанных детей также встречается немало неграмотных, причём неграмотность у них обычно оказывается довольно стойкой? Ответ дают учёные-психологи. Действительно, грамотность формируется в процессе чтения. Но чтения особого – «орфографического». Вспомним, как все дети произносят слова на начальном этапе освоения чтения: не так, как взрослые, а буквально. Не «малако», а «молоко», не «чиво», а «чего». Однако, затем, по мере наработки навыка, большинство детей переходит на речевую форму чтения (повинуясь, кстати, настойчивым призывам учителей и родителей). И лишь у некоторых ребят орфографическое чтение сохраняется, постепенно переходя на периферию сознания. И как следствие – только у этих детей накапливается в подсознании база правильных визуальных, слуховых, и, главное, – артикуляционных образов слов: основы будущего автоматического «врождённограмотного» письма. Вот, собственно, и вся «генетика». Именно так, по мнению руководителя новосибирского центра развивающего обучения, кандидата психологических наук: В. В. Репкина [1, цит. по: Киевский С. В.], происходит спонтанное формирование «врождённой» грамотности.

Справедливость такого механизма возникновения «природной» грамотности косвенно подтвердил и А. Р. Лурия. В своей знаменитой работе [2, цит. по: Киевский С. В.] он установил, что главным регулятором письма на русском языке является не «механическая память» руки, не зрительная и слуховая память, а моторная память произношения: записывая текст, человек как бы продиктовывает его себе, обычно не осознавая этого. Попросите любого ребёнка-школьника написать под диктовку текст, зажав кончик языка между зубами (то есть, затруднив артикуляцию). Вы увидите, что ему стало немного трудней писать, и в его письме появилось немало искажений и ошибок. Пусть затем напишет тот же текст обычным образом. Результат будет намного лучше.

Проговаривают слова при письме все. Младшие школьники – вслух, старшие – про себя (учёные приборами зафиксировали артикуляционные напряжения мышц даже у самых «продвинутых» старшеклассников). У взрослых, имевших большую практику письма, проговаривание становится мысленным, однако всё равно присутствует.

Формула письма 

Таким образом, формула грамотного письма на русском языке «по Лурии» выглядит так: 

ПРОГОВАРИВАНИЕ = НАПИСАНИЮ

Другими словами: что человек при письме проговорил, то и написал. Проговорил, как в устной речи: «у ниво сбижало малако», – так и написал. С кучей ошибок. Чётко проговорил слова так, как они пишутся: «у него сбежало молоко», – и написал правильно. Из этой формулы логически вытекает важное следствие: «Чтобы сформировать навык правописания, не обязательно слова писать – достаточно их орфографически проговаривать». То есть трудное и медленное для дошкольников и младших школьников письмо можно заменить более простым и доступным действием. Что, в свою очередь, значительно сократит сроки наработки навыка грамотного письма. 

Что и требовалось доказать.

Глава 3. Как развить у ребёнка интуитивную грамотность письма

Три шага к успеху

Теперь, когда мы знаем механизм непроизвольного подсознательного формирования грамотности у «врождённограмотных» детей, можно ставить задачу осознанного навыка интуитивной грамотности письма у любого дошкольника и младшего школьника. 

Для этого ребёнку с вашей помощью необходимо сделать три шага. 

1. Научиться читать. 

2. Полюбить книгу, приобщиться к регулярному чтению книг и освоить технику орфографического чтения.

 3. Читать, используя эту технику. 

Остановимся подробнее на каждой задаче. 

Когда и как учить ребёнка читать 

Бытуют разные мнения по поводу того, когда начинать учить ребёнка читать. Одни психологи и родители считают, что чем раньше, тем лучше, что чтение – мощный канал для активного саморазвития ребёнка, создания основы будущих успехов в учёбе и взрослой жизни. Другие опасаются, что раннее погружение ребёнка в мир книг может отрицательно сказаться на его физическом (ребёнок, мол, будет сидеть с книжкой, перестанет играть, двигаться) и умственном развитии – по причине снижения объёма мелкой моторики (действий руками и, особенно, пальчиками), проявляемой в играх с конструкторами и т. п. 

Думается, что истина, как всегда, посередине. Конечно же, ребёнок должен много играть. И чтение книг, действительно став мощным источником духовного развития, должно гармонично сочетаться с подвижными играми.

Важно следить за тем, чтобы дети не только читали и сидели у телевизора, но и играли в подвижные и развивающие игры. 

Однако, с точки зрения эффективности обучения моторным навыкам-привычкам (а чтение, несомненно, относится к этой разновидности деятельности), очевидно преимущество раннего обучения чтению. Потому что, согласно данным одного из корифеев российской психологии П. П. Блонского [5, стр. 34], «именно раннее детство является возрастом максимально интенсивного приобретения привычек». Ведь самые сложные навыки-привычки (прямохождение, разговорная речь) мы приобретаем спонтанно, «бесправильно» в дошкольном возрасте, когда в полной мере работает именно моторная память. В дальнейшем же, по данным того же Блонского, «чем старше, тем больше на первый план выступает логическая память». Данные наших опросов «врождённограмотных» ребят и их родителей также показывают, что подавляющее большинство таких детей начали активно читать книги до школы – в 5-6 лет и раньше. 

Научить ребёнка читать можно различными способами. Выбор методик сегодня велик. Традиционно: по кубикам и букварю. На основе модных «Кубиков Зайцева», по системе Монтессори, с помощью карточек Домана. Приоткрою секрет: свою лепту в этом направлении намерены внести и мы. Сегодня у нас в разработке находится компьютерный тренажёр, который будет одновременно учить детишек читать и писать. А попутно – вырабатывать у них «врождённую» грамотность! Так что, как говорится, «следите за рекламой…*

Но продолжим о делах текущих. Из всех рекомендаций специалистов, посвящённых этому вопросу, мне лично наиболее ценными показались три:

  • Использовать на начальном этапе обучения чтению хорошо знакомые ребёнку тексты, ранее заученные им наизусть;
  • Буквы в этих текстах должны быть большими, а строчки – короткими;
  • Читаемое лучше не просто произносить, но пропевать. 

Очевидно, что всем требованиям более всего удовлетворяют стихи и песенки, которые ребёнок помнит наизусть. Но ни в коем случае не пускайте дело на самотёк. Часто дети тешат тщеславие (своё и родителей) тем, что берут в руки знакомую книжку и «читают», глядя в книжку и декламируя знакомый стих. При этом, однако, зачастую следя глазами совсем не в том месте, которое в данный момент произносят. У нас речь идёт о серьёзных занятиях, которые проходят под вашим прямым руководством. Посадите ребёнка на колени или усадите рядом, откройте книгу и медленно, чётко (орфографически!) вместе с ним, «хором» проговаривайте слова, показывая карандашом произносимое в данный момент слово. И лишь убедившись, что ребёнок овладел умением выделять из речи отдельные слова, предлоги – давайте ему возможность «читать» самому под вашим контролем.

Если у вас не хватает времени на самостоятельные занятия, воспользуйтесь услугами специалистов (объявлений о подобных курсах в любом городе немало).

Возможно также, что Ваш ребёнок освоит чтение сам – по кубикам, букварю и детским книжкам. Шансы на это возрастут, если вам удастся ограничить пребывание ребёнка у телевизора. 

* - Речь идёт об уже вышедшем тренажёре слепой десятипальцевой печати и правописания «Почитай-ка!», предназначенном для детей от трёх лет. Основная цель - закладывание базы для интуитивной грамотности письма и обучение набору текста в игровой форме (примечание Л. Ю.)

Как приучить ребёнка к чтению книг

Но научиться читать – полдела. Нужно, чтобы ребёнок полюбил чтение и читал. Родители знают, что эта задача порой оказывается намного сложнее: «Слушать любит, а сам читать не хочет!» Причины, в общем-то, понятны: слушать родителей легче, чем читать самому. К тому же, на начальном этапе чтение для ребёнка – действительно непростая работа. А работать малышам пока ещё нельзя, можно только играть. Поэтому решать задачу приучения к чтению можно в форме игры. Будет получаться известный приём с чередованием («теперь почитай немножко ты, а я пока помою посуду») – отлично! Но наиболее эффективным представляется всё же упоминавшийся выше опыт традиционного семейного чтения. Садиться вечерами за стол вместе с детьми и читать. 

Будет здорово, если ребёнок выразит желание следить глазами в книжке во время чтения старшими. Сами предложите ему сесть рядом, чтобы «почитать вместе с вами», но не настаивайте, если он пока не захочет. Важно не спугнуть зарождающийся интерес, чтобы всё происходило естественно и в охотку.

Затем введите правило читать с детьми по очереди. Читайте, проговаривая каждое предложение сначала орфографически, а затем – орфоэпически. Установите для каждого одинаковое время на чтение (по будильнику, а лучше – по песочным часам). По три или пять минут – ориентируясь на возможности ребёнка. Вероятно, малышу будет казаться, что он от такой «игры» в выигрыше: ведь он за это время сможет послушать целую главу, сам же на первых порах прочитает всего несколько слов. Постепенно скорость его чтения будет расти, и соответственно, «вклад в общее дело» - увеличиваться. Не забывайте хвалить: «Молодец, ты успел(а) прочитать пять слов!», «А теперь – целое предложение!». Когда навык чтения у ребёнка улучшится и встретится книжка, которую ему очень захочется почитать дальше, он может попробовать сделать это самостоятельно, без Вас. И – начнёт читать. 

И ещё один совет. Как-то во время беседы с мамой «врождённограмотной» девочки (кстати, той самой третьеклассницы, победившей в общешкольном рейтинге «грамотеев»), выяснилось, что Марина с удовольствием читала только те книжки, в которых героинями были девочки. Я тут же стал вспоминать, какие книжки любил в детстве сам, выяснять у коллег и знакомых, какие книжки предпочитали они. Обнаружилось, что у всех – по-разному. Я, например, действовал точно так же, как и Марина. Но – зеркально наоборот. Все герои моих первых любимых книг: Буратино, Незнайка, Чук и Гек, Том Сойер, Капитан сорви-голова, Джим Хопкинс – сплошь мальчишки! А вот Дюймовочку и Золушку я воспринимал с трудом. Читал, но один раз, а не десять и не пятьдесят, как обожаемые «Золотой ключик» и «Остров сокровищ». У других опрошенных взрослых такого явного предпочтения книг «по половому признаку героя» вроде бы не было. В любом случае данное обстоятельство Вам, очевидно, всё-таки следует иметь в виду. Почитайте разные книжки, понаблюдайте, какие ему будут нравиться больше, и учтите это в дальнейшем, чтобы увеличить шанс попасть в «его первую книжку» – ту, которую он захочет прочитать и прочтёт самостоятельно. 

Техника орфографического чтения

Этот раздел прочитайте очень внимательно. Потому что суть метода развития «врождённой грамотности» – правильное орфографическое проговаривание при чтении. Научить технике орфографического чтения малыша, осваивающего чтение – несложно, потому что вначале все дети читают только таким образом. И любой грамотный взрослый, если его попросить прочитать слово по слогам, произнесёт его чётко, медленно и – орфографически. А вот у не слишком грамотного школьника это получится нечётко, с неясным произношением согласных и приглушением громкости на конце слова. 

Так вот, проговаривать слова при орфографическом чтении нужно так, как это делают грамотные взрослые, но с одним важным отличием: слоги должны плавно соединяться в цельное, слитно произносимое слово. Это очень важно, поскольку запоминаться в подсознании, а затем использоваться автоматически при письме, должны артикуляционные образы целых слов. 

При орфографическом чтении слова нужно проговаривать: 

  • по слогам, 
  • чётко произнося каждый слог, каждый звук;
  • плавно соединяя слоги;
  • раздельно проинося каждое слово (в том числе частицы, союзы, предлоги).

Главное – качество произношения. Тщательно следите, чтобы ребёнок проговаривал слова правильно, и чтобы это постепенно перешло у него в привычку. Иначе вся дальнейшая работа может пойти насмарку. Дабы убедиться, что вы делаете всё правильно, поищите в книжном магазине специальную аудиокассету – звуковое приложение к «Орфографическим тест-тренажёрным картам». На ней записаны образцы произношения всех словарных слов из программы начальной школы. А дальше – просто читайте книжки, применяя технику орфографического чтения.

Если же ваш ребёнок прежде уже перешёл на смысловое чтение и много читает, то его также сначала необходимо научить технике орфографического проговаривания слов. А затем, как игру, проводить с ним регулярные занятия. Читая фразы сначала орфографически, а затем орфоэпически. С тем, чтобы орфографическое чтение постепенно перешло у ребёнка в привычку, а затем ушло на периферию сознания. 

Не отразится ли такое чтение на устной речи? Относитесь к орфографическому чтению, как к игре. Не следует опасаться, что техника орфографического чтения отрицательно скажется на разговорной речи. Во-первых, потому что к этому времени у ребёнка уже сформировался прочный навык устной речи на родном языке. Во-вторых, объём чтения, пока ребёнок не начал «читать запоем» книги, несопоставим с объёмом разговорной практики. И в-третьих, опыт показывает, что даже блестящее владение иностранными языками не отражается на родной речи (вспомните хотя бы превосходную русскую речь журналиста Владимира Познера, родившегося во Франции и много лет жившего в США). Вообще, я думаю, что орфографическое чтение, по сути, - та же речь на иностранном языке. Кстати, я вспомнил, как в детстве мама научила нас с приятелями общаться друг с другом на «секретном языке». Механика проста: после каждой гласной буквы нужно добавлять одну и ту же согласную с этой гласной. Например, «я» будет произноситься как «я(пя)», «Аня» как «А(па)ня(пя)», «корова» как «ко(по)ро(по)ва(па)». Примерно полчаса мы с друзьями осваивали технику, медленно составляя слова по этому принципу, потом дело пошло быстрей, ещё быстрей. А на следующий день мы трещали на «секретном языке», общаясь с «посвящёнными» на любые, даже самые сокровенные темы, не опасаясь, что нас поймёт кто-нибудь из окружающих. Болтали часами, мгновенно переходя с обычного языка на «секретный» и наоборот. И это (абсолютно точно!) никак не отражалось на нашей обычной речи. Мало того, подозреваю, что эта игра даже в какой-то мере способствовала росту нашей грамотности (поскольку если говорящий использует неверные буквы, то слушающий сразу перестаёт понимать собеседника). Кстати, росту грамотности, определённо, способствуют и другие популярные прежде языковые игры, такие как «балда» (когда каждый по очереди добавляет по букве, стараясь, чтобы слово не закончилось на нём) и «в слова» (кто составит больше слов из исходного слова). 

«Хоровое» проговаривание в начальной школе

На уроках в начальной школе индивидуальное проговаривание рекомендуется дополнять групповым – «хоровым». В том, что этот метод действительно эффективен и нравится самим ребятам, я смог воочию наблюдать на уроке «по Тоцкому» в третьем классе одной из московских школ. Здесь мы не будем останавливаться более на организации школьных уроков. Интересующихся педагогов отсылаю к книжке П. С. Тоцкого [4], она, к сожалению, давно не переиздавалась, но во многих библиотеках есть. Там же можно заказать ксерокопию. Думаю, что это вам будет полезно, потому что 95% объёма книги составляют конкретные методические рекомендации и учебные материалы. 

Дополнительный приём: списывание

С помощью приёма орфографического чтения можно успешно развить правописание подавляющего большинства слов русского языка. П. С. Тоцкий выделяет лишь четыре ситуации, в которых оно не работает: 

  • правописание после шипящих (чаща, чудо, дочь, сыч, идёшь, боишься, хорош и др.); 
  • употребление дефиса (кто-то, чей-либо и др.); 
  • употребление заглавных букв (Ростов, Москва, Маша и др.); 
  • при переносе слов (про-сто, ост-ров и др.); 

Для отработки правописания таких слов нужно применять другой известный методический приём: списывания. 

Техника списывания используется во многих развивающих системах обучения (Занкова, Эльконина-Давыдова и др.), поэтому мы подробно описывать её не будем. Суть – в запоминании зрительного образа прочитанного слова и его письме по памяти. Думаю, что учитель Вашего ребёнка знаком с ним и сможет, при необходимости. Вас проконсультировать. Главное, что вы должны знать: списывать – это не значит копировать слово. Просто копирование в плане грамотности ничего не даёт – это отмечал в своих работах ещё А. Р. Лурия. Правильное списывание – это прочтение (орфографическое!), запоминание образа слова и письмо его по памяти, не глядя в книгу. Разумеется, это приём можно применять, если ребёнок достиг школьного возраста и вполне освоил технику письма. Если же он пока ещё дошкольник и не умеет писать, то отложите списывание на будущее. Пусть малыш пока нарабатывает основу своей «врождённой» грамотности орфографическим чтением. Отработкой указанных выше языковых ситуаций займётесь потом. Возможно, школа сделает это сама, и вашего участия не понадобится. Ну и хорошо!

Когда переходить на скорочтение 

Умение читать быстро – для жизни полезно. Но переходить на такое чтение можно лишь после того, как будет вполне сформирован навык грамотного письма. Потому что техника скорочтения основана на «отделении языка», когда смысловое восприятие текста происходит визуально и не сопровождается проговариванием, как при «языковом чтении». А значит, как мы теперь знаем, человек, перешедший на скорочтение, теряет возможность подспудной наработки «врождённой» грамотности. Этот момент признают авторы всех существующих методик обучения скорочтению. Из этого и исходите, решая, когда начинать осваивать технику быстрого чтения.

Всё новое – хорошо забытое старое?

Как уже говорилось выше, техника обучения грамотному письму с помощью орфографического проговаривания и списывания известна давно. Одно из первых упоминаний о «звуковой методе» обучения правописанию я нашёл в книге, датированной шестидесятыми годами XIX века. На двух именах, сыгравших в этом плане, насколько мне удалось установить, наиболее заметную роль в российской истории, я хочу остановиться особо. 

«Как Тихомировы учили грамоте всю Россию»

Так называлась замечательная статья [9], на которую я случайно наткнулся в Интернете. В ней автор – известный московский историк профессор Н. М. Молева – пишет о выдающейся роли в обучении грамоте российских детей двух удивительных людей, супругов Тихомировых: Дмитрия Ивановича и Елены Николаевны. Очень рекомендую вам найти и прочитать эту статью (а заодно и ещё одну – [10] – этого специалиста по российской истории). Оказывается, именно по учебникам Тихомирова 100 лет назад на Руси учили правописанию наших с вами прапрабабушек и прапрадедушек. И учили, по словам Нины Михайловны, очень успешно. Напомню, что до 1917 года 95% населения России проживало в деревнях, где не было гимназий, а только двухлетние церковно-приходские школы. И в этих самых школах, по свидетельству Н. М. Молевой, и не за десять-одиннадцать лет, а всего за два года, сельским священникам в качестве учителей удавалось заложить в детях основу навыка письма без ошибок. Использовали же они для обучения правописанию два описанных выше приёма: орфографическое чтение и списывание. 

Кстати, один из учебников Тихомирова назывался «Правописание до грамматики» [7]. Заметьте, очень мудро – «до» правил. А не «без», как у Тоцкого [4]. Вероятно, это излишне-задиристое отрицание правил и внесло свою лепту в трудности, возникшие у Петра Семёновича при распространении методики орфографического чтения. В книге «Азбука правописания» [6], выдержавшей десятки изданий миллионными тиражами в дореволюционной России, Д. И. Тихомиров убедительно обосновывает необходимость обучения правописанию путём формирования «впечатлений уха и глаза» именно до изучения правил. Ни в коей мере не отрицая необходимости изучения правил в плане познания родного языка, он, тем не менее, убеждён, что (ниже – большая цитата из его книги с дословным сохранением авторского текста и знаков препинания): 

«… Грамматические знания могут служить средством к правильному письму только при условии полнейшего их усвоения, а такое усвоение приобретается временем, путём продолжительных упражнений; следовательно, влияние этого элемента знаний на правописании скажется только в конце, а не в начале школьных занятий. Что же поможет учащемуся писать правильно в первое время его учения? Кроме того, грамматические сведения, особенно в элементарном курсе, не обнимают собою всех случаев правописания, из которых, притом, многие и не имеют других объяснений, кроме как «так принято». Не нужно также забывать, что, в конце концов, правописание должно быть бессознательной привычкой, механическим навыком; желательно, чтобы пишущий был поставлен в возможность совсем не думать о правописании и всё-таки писал правильно. Мы постараемся образовать в учащихся ряд впечатлений, коими можно было бы пользоваться для правильного письма: это впечатление уха и глаза».

В главе «Навыки слуха» Дмитрий Иванович подробно описывает, каким образом нужно развивать «впечатление уха». Сначала он обращает внимание на то, как следует читать слова, написание которых не расходится с произношением в речи: «… Дети часто делают ошибки против произношения: неправильно пишут, как и неправильно говорят; ошибаются, потому что не могут уловить того или другого звука в слове; наконец, дети впадают в ошибки и потому, что произношение часто расходится с правописанием. То есть, правильное произношение может в очень многих случаях служить руководством к правописанию. Скажем более: кроме употребления букв ъ, ь и ю (после шипящих) всё может быть определено произношением. А если ученик сумел произнести так, как оно должно быть написано, то он сумеет и написать слово правильно. Вся задача в том, чтобы произвести на учеников ряд впечатлений, кои бы глубоко засели в памяти и дали бы возможность пользоваться ими при письме – и без помощи учителя (или родителя, прим. С. Киевского). Учитель должен служить образцом для ученика: каждое слово он произносит громко, отчётливо, ясно, правильно; и это соблюдается не только при упражнениях в правописании, но и при других занятиях. Ясным и громким произношением учитель может произвести впечатление на слух ученика, и чем сильнее это впечатление, тем дольше оно сохранится и тем лучшим будет служить руководством при письме». 

Далее, Тихомиров подробно останавливается на чтении слов, написание которых отличается от их произношения в речи: «Кроме этого общеизвестного средства, которое находит место при всех школьных занятиях, мы укажем и на средства специальные, коими учащийся пользуется только при письме. На уроках правописания хорошо заставлять детей произносить слова не так, как они обыкновенно выговариваются, а как пишутся; пусть сам учитель и дети произносят слова до написания их, а потом и читают написанное таким образом: доброго, синего, голова, пишешь, – вот основное правило, коим руководствуется учитель в первую пору обучения правописанию (выделено С. Киевским)». 

И, наконец, Дмитрий Иванович делает замечание о безопасности такого приёма для правильного произношения при обычном смысловом чтении: «Нельзя думать, чтобы такой способ произношения мог дурно повлиять на правильность детской речи вообще: ребёнок хорошо понимает, почему он так произносит, и ни в коем случае так говорить не будет». 

Лучше, по-моему, не скажешь. Верность идеи «правописания до правил» была на практике блестяще доказана супругами Тихомировыми, по учебникам которых в течение нескольких десятилетий вплоть до 1917 года училась – и очень успешно – вся Россия. А потом пролетарская революция, наряду с прочими «пережитками прошлого», выбросила из школы «буржуазно чуждую» систему Д. И. Тихомирова. За рубежом же труды Дмитрия Ивановича получили не только высокие награды, но и практическое применение. В частности, по свидетельству профессора Н. М. Молевой на основе метода Тихомирова была пересмотрена система обучения правописанию в американских школах. 

Орфография без правил «по Тоцкому» 

Через сто лет после Д. И. Тихомирова, в середине 90-х годов XX века, орфографическое чтение активно пропагандировал московский учитель П. С. Тоцкий. Занимаясь по его методу [4], ученики нескольких московских школ Юго-восточного округа за период обучения в начальной школе действительно успевали овладеть общей орфографической грамотностью. К сожалению, сейчас, когда Петра Семёновича не стало, многие его последователи, применявшие прежде методику орфографического чтения, не выдержав давления начальства и школьной программы, отошли от этой прекрасно зарекомендовавшей себя технологии. Но несколько учителей всё же сохранили верность выбранному методу, и часто результаты их работы бывают поразительными. По крайней мере, как я уже говорил, учителя средней школы неизменно отмечают не только хорошую орфографическую грамотность этих ребят, но и лёгкость владения словом, большой лексический запас, чёткую речь. 

Вывод из всего вышесказанного простой. Метод развития «врождённой» грамотности с помощью орфографического чтения эффективен и проверен временем. Так что – вперёд! Осваивайте технику проговаривания и читайте, читайте, читайте... Малышам-дошкольникам этого будет вполне достаточно. А ученикам первого-седьмого класса можно дополнительно позаниматься с орфографическим тренажёром - тест-тренажёрными картами.

Орфографические тест-тренажёрные карты

Для тренировки грамотности письма на уроках и дома школьниками младших и средних классов целесообразно использовать орфографические тест-тренажёрные карты, которые можно купить в центральных книжных магазинах. Там же спросите и аудио-кассету - звуковое приложение к картам.

Комлплект «А» включает 41 карту с полным набором словарных слов (410 слов) программы начальной школы. Комплект «Б» – 49 карт (490 слов) на все правила пятого класса.

Карты – двухсторонние. На одной стороне «Тренаж» – расположены десять слов с выделенными орфограммами (позициями, в которых дети делают ошибки). На другой стороне «Тест» – те же самые десять слов, но с пропущенными буквами в проверяемых местах. Занятия с «тест-тренажёрными картами» проводятся в игровой форме. Подробно методика занятий описана в прилагаемой к комплекту «А» инструкции. В начале занятия, проговаривая орфографически слова на стороне «Тренаж», ребёнок получает (по терминологии Тихомирова) «впечатления уха и глаза». А затем, перевернув карточку стороной «Тест» с пропущенными буквами в орфограммах, проверяет степерь усвоения, стараясь правильно по памяти проговорить их или написать на бумаге. С помощью карт можно организовать и парные, и групповые занятия (например, кто больше слов без ошибок сумеет выучить за пять минут). Карты эффективно могут использоваться как дома, так и на уроках – по пять-десять минут на каждом уроке в начальной школе, а также на уроках русского языка в 5-7 классах.

Литература

1. В. В. Репкин «Развивающее обучение языку и проблема орфографической грамотности». Вестник Международной ассоциации «Развивающее обучение» №1, стр. 26-42. 

2. А. Р. Лурия. «Очерки психофизиологии письма», изд. Академии педагогических наук РСФСР, 1950 г.

3. А. Р. Лурия «Этапы пройденного пути», изд. МГУ, 1982 г. 

4. П. С. Тоцкий «Орфография без правил». М.: Просвещение, 1991 г.

5. П. П. Блонский «Память и мышление», изд. «Питер», 2001 г.

6. Д. И. Тихомиров «Азбука правописания». М.: Типография К. Л. Меньшова, 1915 г. (26-е издание). 

7. Д. И. Тихомиров «Правописание до грамматики». М.: Типография К. Л. Меньшова, 1915 г. (6-е издание). 

8.  М. Урих «Психология восприятия и осознания», «Истина», Тюмень, 2001 г.

9. Н. М. Молева «Школа грамотности. Как Тихомировы учили всю Россию». http://databasebank.ru/97/133, Парламентская газета №592 за 11.04. 2000г. 

10. Н. М. Молева «Грамота как дыхание. «Москва». №11. 2001 г. 

П. С. Тоцкий. Орфография без правил

Введение

В апреле 1961 года в седьмом классе был проведен диктант. Это был выпускной класс. Ребята серьезно работали. При анализе ошибок оказалось, что шесть человек сделали ошибку в слове «который», написали через «а». Как же так? Провести семь лет за партой! Слово встречается на каждой странице в любой книге, и вдруг столько ошибок на класс. Я стал подозревать, что это не случайно. Здесь есть какая-то тайна. Но какая?

Это слово не подчиняется правилам. Значит, его надо запомнить. А как? Написать на карточке крупным шрифтом, выделив букву «о» красным цветом? Или записать в тетради, подчеркнуть в слове букву и составить для закрепления предложение? Всё это так. Но сколько же можно такое простое слово писать и переписывать? 

А пришлось ли детям хоть раз в жизни произнести это слово так, как оно написано: не «каторый», а «который», через «о»? Ответ напрашивался сам  – никогда! 

Дальше возникал другой вопрос: а сколько раз надо произнести слово с «о», чтобы оно осталось в памяти? Вот с этого все и началось. Слова, которые нельзя проверить правилом, писались на отдельных карточках размером 6х30 см. стандартным крупным шрифтом, буквами высотой в 3 см. Орфограмма окрашивалась в красный цвет. Расчёт был таков: слово, чётко произнесённое несколько раз по буквам, будет написано правильно. Ежедневное повторение переходило в привычку и для детей, и для учителя. Мы стали привыкать к более чёткому произношению слов. После некоторой тренировки можно было безошибочно проверить 15-20 слов на слух. Ни у кого не вызывала сомнений правильность такой проверки. Каждый старался у доски произнести слово так чётко, чтобы ему не засчитали ошибку. Учитель учил учеников, ученики – учителя. 

Какие же слова давались для запоминания? Например, такие: беседа, коромысло, каблук, вынырнуть, диван, варежка, одиннадцать, прийти, бечёвка, вермишель, цыган, велосипед, пирог, просьба, щипать, бутерброд, коляска. 

На уроке наугад отсчитывалось десять слов, учитель выходил к доске, предупредив ребят, что они должны успеть прочитать слово и запомнить, чтобы потом произнести его. На мгновение карточка поворачивалась написанным словом к классу. Не все учащиеся сразу успевали прочитать его. Такой приём рассчитан на обострение внимания и на технику чтения, повышает интерес к слову. Даже те учащиеся, кто поднял руки, не все успели правильно прочитать слово. После опроса нескольких человек слово снова показывалось на 2-3 секунды, дети проверяли, правильно ли они прочитали его. Затем учитель произносил слово так, как оно написано, и дети обязательно повторяли вслух за ним три-четыре раза.

Таков первый этап работы со словами. Дальше надо было с несколькими словами придумать словосочетания или предложения и записать их. В итоге был устный диктант: назывались слова, а вызванный ученик должен был произнести их так, как бы он их написал. Весь класс следил за произношением. Если ученик сомневался, на мгновение запинался – оценка снижалась. Когда набралось до ста слов, проводился письменный диктант. Учитель, естественно, должен был диктовать без подсказки, т.е. так, как мы говорим. Результаты были хорошими. Почти не было двоек и троек. Обычно методисты не рекомендуют давать в таком диктанте много слов. Трудные для написания слова вывешиваются на стенде в классе на несколько дней, чтобы дети запомнили их, и только тогда даётся диктант. А результаты неважные. 

Сначала я придавал большое значение оформлению слова, методике его преподнесения, а произношение было средством контроля, чтобы не писать слова, не тратить время. К тому же слово давалось в начальной форме. Когда же оно попадалось в предложении в другой форме, в нём снова делались ошибки. 

В русском языке ударение плавающее и влияет на произношение и написание слов. Это заставило меня подумать о словосочетаниях. Здесь слова вступают в связь с другими словами по законам грамматики. А так как эти законы едины, они часто повторяются, и при чтении словосочетания нужно давать не только отдельные слова, а включать их в словосочетания или просто подбирать интересные словосочетания. 

Какими могут быть словосочетания? Это могут быть фразы из какого-нибудь текста, привлекшие внимание учителя своей выразительностью: причастные или деепричастные обороты, распространённые определения или дополнения или просто небольшие предложения, вырванные из текста. 

Нужно уйти от текста, чтобы отвлечь внимание от содержания и приковать его к слову, его звучанию и звуковой форме. Словосочетание надо произносить так же чётко, как и отдельное слово. Но теперь уже здесь не только трудные слова, но и лёгкие: предлоги, союзы, частицы. В них дети тоже делают немало ошибок, так как они сливаются в орфографической речи в фонетические слова. Предлоги, союзы, частицы надо произносить отдельно, как самостоятельные единицы речи. При многократном повторении дети запоминают, что это отдельные слова и писать их надо отдельно.

Словосочетания удобны для произношения. Группу слов дети хорошо запоминают на слух и безошибочно произносят. Вызванный к доске ученик должен без ошибок проговорить словосочетания, а остальные следят за правильностью произношения и считают ошибки, если они будут. Оценку можно ставить не только отвечающему, но и тому, кто правильно подсчитал, сколько сделано ошибок. 

В трудных словах орфограммы выделяются подчёркиванием, чтобы обратить на них особое внимание при произношении. 

А правила? Да, правилами сопровождалось написание более трудных слов. Например, в слове «сидит» пишем «и», потому что проверочное слово «сидя». Но вот ученик поднимает руку и говорит: «А у меня проверочное слово «сел», и я написал через «е»». В таком случае следует объяснить, что в этом корне возможны четыре написания: «сел», «сидя», «садись», «сяду». И надо быть внимательным, чтобы не сделать здесь ошибки. 

Так же пояснялись и другие слова, подбиралась нужная орфограмма. Но уже чувствовалось, что дети больше доверяют произношению, чем объяснению правилами. В произношении все просто, очевидно и быстро. Пока мы объясним одно слово по правилам, можно прочитать два десятка слов. 

Но ведь без правил тоже нельзя обойтись! 

Давались диктанты, но уже не словарные, а из отдельных фраз. И почти не было ошибок. 

Как же отрабатывалось произношение? Какие правила вырабатывались в совместном обучении? Как надо прочитать слово, чтобы потом произнести его при контрольном чтении? 

Для примера возьмем словосочетание «сидит в накрахмаленном платье». Первое слово надо произнести согласно написанию, чётко выговаривая каждую букву, но не по слогам, а вместе. Если слова разбивать на слоги, то они распадаются и плохо остаются в памяти. Значит, слово надо произносить чётко, но слитно. 

Дальше идет предлог «в». Все предлоги, союзы, частицы произносятся как отдельные слова. Когда произносим слово из нескольких слогов, то надо произнести его побыстрее, чтобы оно не распалось на слоги, особенно если дети читают хором. 

Зато со служебными словами, например, с местоимениями, которые в устной речи произносятся слитно (их называют фонетическими словами), надо быть осторожнее и произносить их раздельно. Слово «накрахмаленном» имеет особенность для произношения: надо четко произнести два «н», а не одно долгое «н», как это положено по орфоэпическим правилам. Таких слов будет встречаться много, и их надо сразу произносить правильно. В слове «платье» чётко произносим на конце «е». 

После троекратного повторения фразы за учителем дети успешно освоят особенности этой фразы. Конечно, ведущую роль в начале обучения играет учитель. Лишь потом дети будут подменять учителя. 

Ещё пример. Словосочетание «по мельничному жёрнову». Предлог произнесём раздельно. Слово «мельничному» состоит из четырех слогов, их надо произнести четко, но слитно. А ведь сочетание -чн- не подчиняется орфографическому чтению. Ведь «ч» всегда мягкая, а мягкий знак не пишется. Здесь надо знать правило. 

Есть несколько правил, которые не охватывает орфографическое чтение: 

а) правописание гласных после шипящих (ча, ща, чу, щу, жи, ши); 

б) мягкий знак после шипящих (сыч, дочь, прочь, замуж); 

в) правописание глаголов 2-го лица единственного числа (моешь, моешься, отрежь); 

г) заглавная буква в именах собственных (Волга, жучка); д) дефис в написаниях наречий (кто-то, где-нибудь); 

е) правописание наречий (вмиг, вдруг). 

Слово «жёрнову» тоже потребует применения правила. 

Разберем словосочетание «не могу садиться спокойно». Очень часто дети делают ошибку при написании не с глаголами. После некоторой тренировки, где частица произносится раздельно с глаголом, ошибки постепенно исчезают. А вот правописание частиц «не» и «ни» требует особого внимания при произношении (ни с кем, не с кем). 

В слове «садиться» -ться надо произнести мягко. Глаголы неопределенной формы и 3-го лица единственного числа на -ться/-тся легко различаются на слух при орфографическом чтении. В глаголах 3-го лица произносится твердое «т» (садится), а неопределенной формы – мягкое (садиться). 

В слове «спокойно» непроверяемая гласная «о». При орфографическом чтении губы должны при произнесении этого звука вытянуться в трубочку. Звук «й» произносится повышенно чётко, как это мы можем слышать у дикторов радио и телевидения. В словосочетании «не может сразу же рассчитать» две частицы произносятся раздельно. В слове «может» выделяем произношением звук «э», хотя пишем букву «е» после шипящих. 

А вот слово «рассчитать» потребует к себе большего внимания: надо произнести два «с» раздельно друг от друга, а не долгое «с», как мы произносим в устной речи, т.е. чётко отработать произношение удвоенных согласных, чтобы было два отдельных звука. 

Это должно стать нормой при орфографическом чтении. 

Читаем словосочетание «у нее расспрашивали не зря». Дети часто делают ошибки на письме в правописании местоимений и предлогов. И в самом деле, ребенку трудно отличить смысловое значение этих маленьких слов (у неё, с ними, обо всех). Но они часто встречаются в нашей речи, и если их прочитывать раздельно, то такие слова не станут трудными для написания. 

В слове «расспрашивали» тоже напрашивается применение правил правописания. Но при орфографическом чтении внимание должно быть направлено на звуковое восприятие слова и его практическое освоение. Так что надо только четко произнести слово расспрашивали, не затрагивая правил правописания. 

В словосочетании «заяц принимается за капусту» дети обычно делают много ошибок. Это действительно трудные слова. И надо много времени, чтобы изучить правила и научиться применять их на практике. А если вслушаться в чёткое произношение этого словосочетания, да произнести его три-четыре раза, то наверняка исчезнет сомнение в неуверенности правильного написания после прочтения. 

Особенно чётко надо произнести все звуки, гласные и согласные, в слове «принимается». 

Словосочетания эти были составлены на основе ошибок, допущенных в детских сочинениях. Цель была такая: собрать типичные ошибки, включить их в словосочетания и составить текстовой диафильм. Потом на уроке для прочтения вслух давался один кадр, в котором было 50-60 слов, и после прочтения их вслух в течение 3-5 минут проводился опрос. Результаты были отличными: даже самые слабые получали высшую оценку. 

В таком диафильме тридцать шесть кадров. Это хороший материал для тренировки и работы над ошибками. Но содержание этих словосочетаний не высоко в художественном отношении. После продолжительной работы с диафильмом стало ясно, что надо обращаться к более ценным текстам, к образцам художественной речи. Так одновременно стал решаться вопрос развития речи. 

По мере работы над орфографической зоркостью можно было сделать некоторые выводы: дети стали делать меньше ошибок, повысился интерес к письменным упражнениям. Ясно, что эту работу надо продолжать, но как увязать ее с правилами орфографии? 

Возьмем, например, глаголы «предлагать-предложить». Методисты выдвигают три подхода к объяснению правописания а-о в корне: 

а) если за корнем следует звук «а», то в корне пиши «а»; 

б) если в корне слышишь звук «ж», то в корне пиши «о»; 

в) если глагол совершенного вида, то пиши в корне «о», если несовершенного вида – пиши «а». 

Во всех случаях мы видим созерцательный, внешний подход к объяснению написания гласной в корне. 

Посмотрим на это явление с другой стороны. Для образования видов глагола необходимы чередования звуков в слове, именно звуков в первую очередь, а потом уже букв. 

Произнесём звуки отчётливо в каждом слове. Что мы заметим? Там, где звучит «о» и губы вытягиваются в трубочку – за ним следует звук «ж» (ож). Там, где открытый звук «а» – за ним следует «г» (аг). Это совершенно разные движения в речевом аппарате. Если слово повторять многократно в одном варианте, потом в другом, то движения органов речи останутся в памяти, они-то и решат на практике правописание слова. Грамотно пишущий человек так себе и диктует внутренней речью. А если не привыкнуть к орфографическому чтению, то очень трудно правильно написать слово. 

Орфографическому чтению надо обучать детей с первого класса. 

Откроем букварь на с. 85. Читаем о лосе. Учитель должен хорошо владеть навыками орфографического чтения, такое умение само поведет работу. Прочитаем заголовок: «Лось». Уже здесь можно провести два варианта звучания «с» (лось-лос), и мы увидим роль мягкого знака. 

Дальше читаем первое предложение: «Лось ест траву и ветки». В слове «ест» нет расхождения между буквами и звуками, а в слове «траву» есть. По правилам мы должны произнести первый предударный звук «а» нечётко. В транскрипции он обозначается через «ъ». А при орфографическом чтении надо произносить совершенно четко: «а» (тръву-траву). Фактически буква поставлена под ударение. Да, все гласные буквы при чтении переходят в ударные звуки. Союз «и» тоже надо произнести отчётливо. 

В слове «ветки» тоже есть расхождение: по правилам гласный звук «и» надо редуцировать. Для этого звука трудно подобрать букву: в нашем алфавите нет таких букв. Да и сам звук при беглом чтении неясный, трудноуловимый. Но если не спешить, а прочитать орфографически, то мы получим четкое звучание, точно соответствующее букве «и». 

Сначала учитель в первом классе старается придерживаться синхронного чтения, но потом начинается беглое чтение, т.е. орфографическое.

Читаем дальше: «Ему требуется соль». При беглом чтении первое слово читается редуцированно, т.е. близко к «и» (иму), а надо прочитать «е». В слове «требуется» вторая часть слова деформируется в произношении и звучит примерно так: «требуицца». И мы предлагаем ребенку распутать это хитросплетение при помощи правил (надо знать сопряжение глагола, определить лицо), тогда, мол, можно будет написать слово правильно. А ведь перед нами первоклассник! А не проще ли прочитать слово офрографически? Произносим вторую часть слова, переводя точно в звуки все буквы, не подчиняясь правилам беглого чтения: «требуется». Пусть мы затратим больше сил на выговаривание каждого звука, зато это будет точное воспроизведение, точная копия слова в звуках. Эта звуковая копия останется в памяти движений мускульных мышц речевого аппарата ребенка.

Читаем дальше: «Учитель Вадим Петрович посоветовал ребятам носить соль в лес». Надо объяснить роль мягкого знака на конце слова «учитель». 

В слове «Вадим» заглавная буква не подчиняется орфографическому чтению, значит, надо применить правило. Необходимо четко произнести не только гласные звуки, но и согласные, особенно на конце. Звук «м» произносится твёрдо, с усилием. 

В слове «Петрович» звук «ч» не охватывается орфографическим чтением, здесь надо знать правило. Остальные звуки произносятся согласно написанию, особенно первый слог «пет», а не «пит». 

Слово «посоветовал» имеет пять слогов. Все их надо произнести чётко по нескольку раз, а потом стянуть вместе. Только вместе звучащие слоги составляют слово и остаются в памяти. 

Дальше идет предложение «Толя и Костя оставили соль на камне и пне». Новое здесь в слове «Костя». В устной речи согласно правилам мы должны произнести слово мягко, а надо произнести твердо. Все другие слова читаются согласно написанию, раздельно читаются предлоги и союз. 

В последнем предложении «Лоси обязательно придут лизать соль» трудное слово для произношения обязательно. Его тоже сначала надо произнести по слогам, а потом слоги произносят все вместе, выделяя особенно звук «а» (в букве «я»). 

В трудных местах обязательным выделением звука в слове подчёркивается его трудность. 

Рассмотренные примеры – это первые шаги при обучении орфографическому чтению. В будущем практически весь текст будет прочитан за 30 секунд, т.е. за минуту можно прочитать два раза. А какая идет работа по освоению орфографии, как быстро приобретаются навыки для грамотного письма! И всё непринужденно, непосредственно. 

В первом классе обучение чтению сопровождается движением руки по слогам слова. Совпадение буквы и звука облегчает процесс обучения. При этом ведущее место принадлежит голосу учителя. Он первым произносит слоги, а дети повторяют услышанное. У ребёнка развито умение подражать звукам, повторять слова на слух. 

Если ребёнок ещё плохо читает, ему трудно повторять и следить по книге. Придёт время, и он будет успевать делать и то, и другое. Повторение же за учителем вслух имеет решающее значение, так как он учится преодолевать артикуляционные препятствия, хотя дети преодолевают их легко и свободно, и нам кажется, что это механическое повторение. А попробуйте эти же слова произнести с нерусским человеком, особенно взрослым. Даже при многократном повторении не бывает успеха, хотя нерусский ребёнок тоже легко произносит наши слова без акцента. 

Какой же можно сделать вывод? Повторение за учителем не только не бесполезно, но и имеет решающее значение при написании слова. Зато когда ребенок научится беспрепятственно повторять за учителем, он также легко начнет читать. 

Итак, чтение для ребенка может быть двойным: на слух без книги и чтение со слежением по книге. Все это на первом этапе. 

Когда идет чтение вслух за учителем, ребенок слышит образец чтения и копирует его с такой же скоростью за учителем. Здесь отрабатывается артикуляционная база, улучшается качество произношения, такое чтение ведет к общему развитию речевого процесса. Мы привыкли к тому, что, объяснив правило, тут же применяем его на практике и получаем результат. При орфографическом чтении картина меняется. Результат придет не сразу. Не сразу речевой аппарат приобретёт навыки нужных движений. Будут встречаться слова, которые необходимо произносить многократно. Зато потом будет прочный фундамент для правописания. 

А учителю хочется иметь конкретный результат, например, прочитать текст диктанта и проверить, как дети напишут его. Но могут ли за такое короткое время дети приобрести навыки правильного орфографического произношения всех слов в диктанте? Конечно, нет! Но если ежедневно на каждом уроке (математики, русского языка, чтения, природоведения) отводить по 5-10 минут для орфографического чтения, можно быть уверенным, что это принесёт, обязательно принесет хороший результат. 

Миссия

Способствовать выходу образования на качественно новый уровень.

Лицензия №19031 от 22.09.2016 г.